Трофей с доставкой

Часть первая. Не с той стороны

Скраг понял, что мост взорвут, когда люди перестали по нему стрелять.

До этого всё шло хорошо. Коммандос перебрались через нижнюю ферму, зарезали часового и начали подниматься к дороге. Впереди грохотала настоящая драка: бойзы наседали на укрепления, горела перевёрнутая машина, над бетонным парапетом торчал ноб Гарбак и требовал, чтобы кто-нибудь убил вон того, с длинной пушкой. Скраг уже присмотрел себе человеческий пулемёт. Потом огонь с дальнего берега внезапно прекратился, а из бетонной опоры высунулся человек, бросил взгляд на часы и побежал.

Скраг схватил Урга за ремень.

— Прыгай.

Ург обернулся, собираясь объяснить, почему не собирается прыгать по чужому приказу. Скраг ударил его лбом в переносицу и столкнул с балки. Сам он прыгнул следом, крепко прижав к груди автомат. Взрыв настиг их в воздухе. Скраг увидел, как дорога над ним складывается, словно её ударили огромным кулаком. Потом он врезался в грязь, хлебнул вонючей воды и некоторое время не видел ничего. Когда удалось подняться, мост уже лежал в канале. С другой стороны завала доносились выстрелы и рёв Гарбaка. Скраг попробовал ответить, но из горла вышел только мокрый хрип.

Ург сидел рядом и ощупывал нос.

— Ты меня стукнул.

— Ага.

— Перед прыжком.

— После не успел бы.

Ург подумал. Такой довод было трудно оспорить. Он высморкался в грязь, поднял свой тесак и огляделся. Оба оказались на человеческой стороне канала.

Наверх выбрались по водосбросу. Скраг шёл первым, осторожно ставя сапоги между кусками металла. Ург двигался следом, цепляясь оружием за стены и тихо ругаясь. Ругался он привычно и без раздражения: длинные слова помогали не вспоминать, как хотелось сейчас выйти на открытое место и кому-нибудь отрубить голову. За решёткой начинался двор ремонтной станции. Несколько разбитых гусеничных машин стояли под навесом; между ними тянулись шланги. Дальше проходила дорога, по которой двигались грузовики. Все ехали в одну сторону — прочь от моста. Скраг задержался у решётки. Послушал, посмотрел на крыши, затем заставил Урга пригнуться.

Тот пригнулся неохотно.

— Чего?

— Слишком пусто.

— Так это ж хорошо.

— Когда люди бросают железо, они либо уже дохлые, либо оставили кого-то смотреть.

Ург осмотрел ближайшую машину. В её башне зияло пробитое отверстие, но пулемёт у люка выглядел целым.

— Я возьму ту штуку.

Он протянул руку к решётке. Выстрел ударил в прутья возле пальцев. Ещё один прошил плечо Урга, развернув его к стене. Орк сел в воду и с удивлением посмотрел на маленькое отверстие в куртке. Скраг оттащил его глубже в трубу. Снаружи послышался голос. Человек на крыше вызывал помощь; Скраг не разобрал слов, но ритм был знакомый. Люди всегда начинали разговаривать с коробками, когда обнаруживали что-нибудь интересное.

— Вот теперь хорошо, — сказал Скраг.

Ург посмотрел на него так, словно обдумывал ещё один удар головой.

— Он меня продырявил.

— Зато мы знаем, где он.

Скраг снял с пояса плоскую стальную пластину. На ней была нарисована красная пасть: Гарбак велел всем носить такой знак, чтобы другие орки сразу понимали, кого бить только после боя. Скраг привязал пластину к обломку арматуры, нахлобучил сверху свою кепку и медленно высунул из трубы. Человек не выстрелил. Орк подождал, повернул железку боком и приподнял. Снова ничего.

— Умный, — признал он.

Ург прижимал к плечу грязную тряпку и смотрел на воду под ногами. По ней медленно плыл тонкий радужный слой топлива.

— Там дырка есть, — сказал он.

Скраг посмотрел вниз по трубе. За их спинами от водосброса отходил узкий технический лаз. Он заметил его раньше, но решил, что Ург в него не пролезет.

— Ты застрянешь.

— Сниму патроны.

— Всё равно застрянешь.

Ург поднялся. Снял с груди две ленты, передал Скрагу и полез в лаз. Пришлось выдохнуть, развернуть плечи и оставить на стене часть куртки, но через несколько мгновений наружу торчали только его сапоги.

— Голову прячь, — донеслось из темноты.

Скраг послушался.

Почти минуту ничего не происходило. Потом из двора раздался грохот: что-то тяжёлое упало на бетон. Человек наверху перестал говорить. Скраг высунул пластину ещё раз, гораздо резче. На этот раз выстрел пробил нарисованную пасть. С крыши донёсся второй выстрел — громкий, орочий. Скраг выждал, выломал расшатанные прутья и выбрался во двор. Ург стоял возле лестницы на крышу и смотрел на свой автомат.

— Один патрон потратил, — сообщил он.

— Ты уронил что?

— Тележку. Чтоб он сюда поглядел.

Скраг одобрительно хмыкнул. Он вернул Ургу ленты и полез за кепкой. Помощь прибыла быстрее, чем хотелось. Сначала на дороге остановилась машина. Потом люди начали расходиться вдоль ограды, не приближаясь к водосбросу. Скраг увидел, как один указал на крышу, а другой поднял оружие, прикрывая товарищей. Эти не собирались соваться в трубу по одному. Орки отступили за повреждённый танк. Ург успел снять пулемёт с башни. Теперь он держал его поперёк груди с довольным видом, хотя оружие мешало прятаться и ещё не имело подходящей ленты.

— Надо драться, — сказал он.

Скраг посмотрел под днище. По ту сторону танка двигались сапоги. Один человек остановился и опустился на колено.

— Надо, — согласился Скраг. — Только позже.

Он показал на открытый моторный отсек. Двигатель из танка уже вытащили; внутри оставалось достаточно места, если лечь на бок и подобрать колени. Ург посмотрел на тесную полость, затем на пулемёт.

— Со штукой не влезу.

— Засунь сперва штуку.

Это решение ему понравилось. Скраг лёг следом. Они осторожно опустили крышку, оставив узкую щель. Почти сразу во двор вошли люди. Один прошёл совсем рядом, другой остановился возле водосброса. Начались короткие переговоры. Ург сжал рукоять тесака. Скраг положил ладонь ему на запястье. Он чувствовал, как у того под кожей напрягаются мышцы. Ожидание было неприятным даже для коммандос: враг находился рядом, пах потом и оружейным маслом, а бить его пока не полагалось.

Под танк заглянули. Скраг видел только край человеческого шлема. Потом шлем исчез, и шаги удалились. Орки лежали неподвижно ещё некоторое время. Ург начал тихо скрипеть зубами. Затем танк дёрнулся. Снаружи грохотали цепи. Кто-то кричал возле башни, отдавая распоряжения. Корпус наклонился, и орки съехали к передней стенке моторного отсека. Ург ударился раненым плечом, открыл рот; Скраг вовремя прижал ему ладонь к зубам. Танк подняли на платформу. Скраг осторожно посмотрел в щель. Теперь двор находился ниже. Перед ними стоял тяжёлый тягач; вдоль его борта проходил солдат с оружием. На дороге собиралась небольшая колонна. Ург тоже попробовал посмотреть, но Скраг оттолкнул его голову.

— Нас везут.

— К бойзам?

Скраг следил за мостом, видневшимся между зданиями. Тягач повернул в противоположную сторону.

— Пока нет.

Ург помолчал.

— А куда?

— Где железо чинят.

Это было разумное предположение. Люди очень любили чинить железо. Иногда Скраг думал, что они воюют только потому, что без войны ломается недостаточно вещей. Колонна тронулась. Над головами орков покачивалась тяжёлая крышка; из-под неё просачивались солнечный свет и дорожная пыль. Ург устроился удобнее, прижал добытый пулемёт к животу и перестал скрипеть зубами.

— Хитро вышло, — сказал он.

Скраг не ответил сразу. Он пытался понять, успеют ли они вылезти на следующей остановке. Но тягач шёл без остановок, мимо складов, окопов и противотанковых заграждений. Выстрелы у моста становились всё тише. Наконец машина замедлилась. Раздались голоса, скрежет ворот, затем металлический удар у самого корпуса. Скраг посмотрел наружу. Они въезжали в огороженный ремонтный двор. За навесами стояли артиллерийские машины, а в дальнем конце поднимался кран. Возле него человек в красном одеянии обсуждал что-то с офицером, указывая на прибывший танк. Рядом раскладывали инструменты. Ург заметил их тоже.

— Они нас чинить будут?

Скраг посмотрел на болты над своей головой. Некоторые уже были ослаблены, а один отсутствовал совсем.

— Нет, — сказал он. — Сейчас они нам дверь откроют.

Ург улыбнулся, показав зубы под распухшим носом, и осторожно переложил тесак в здоровую руку.

Часть вторая. Трофей с доставкой

Крышку подняли не сразу.

Сначала снаружи скрежетали инструменты. Потом кто-то несколько раз ударил по заклинившему креплению, а другой начал ругаться. Ург слушал с интересом: человеческие слова ему были непонятны, зато смысл работы улавливался без труда. Двое наверху не могли открыть железку и считали виноватым друг друга. Он подался вперёд, собираясь помочь. Скраг толкнул его локтем.

— Погоди.

Крышка приподнялась. В щели показалась рука в перчатке, затем лицо человека с фонарём на лбу. Он посмотрел вниз и замер. Ург улыбнулся. Человек успел закричать. Скраг схватил его за ворот и втянул в моторный отсек. Второй рабочий отскочил от танка, спрыгнул с платформы и побежал к навесу. Ург вылез следом, поднял автомат, но Скраг отвёл ствол: за беглецом стояли бочки, а возле бочек — ещё люди и машина с открытым баком.

— Чего? — возмутился Ург.

— Потом рванёт, а мы тут.

— Так прыгнем!

На крыше мастерской зажёгся красный огонь. Над двором поднялся вой тревоги. Ург посмотрел на Скрага с явным укором: теперь люди знали, где они, а бочки всё ещё стояли целые. Скраг вытащил автомат и выстрелил в ближайшего вооружённого человека. Тот упал за колесо тягача. Второй солдат успел укрыться и начал стрелять в ответ; лазерные лучи прошли над крышкой, выжигая на ней короткие полосы. Орки спрыгнули за платформу.

— Теперь можно? — спросил Ург.

Скраг посмотрел на бочки и кивнул. Взрыв получился хороший, но небольшой. Ург явно ожидал большего. Огонь поднялся над навесом, несколько человек бросились на землю, однако большая часть двора осталась на месте. Скраг воспользовался дымом, перебежал к тягачу и заглянул в кабину. Пусто. Двигатель работал. За машиной высился кран — не тот, что стоял в дальнем конце двора, а собственный подъёмный механизм ремонтного тягача. Его стрела уже была развёрнута над платформой; цепи крепились к привезённому танку. Люди собирались снять корпус и заняться им как следует. Скраг посмотрел на рычаги в кабине. Потом на танк. Потом на ворота. Путь к воротам перекрывала прибывавшая пехота. За бетонными блоками устанавливался тяжёлый стаббер. Двое солдат прикрывали расчёт, пока третий закреплял коробку с лентой. Они работали быстро, не обращая внимания на горящий навес. Скраг дёрнул дверь.

— Сюда!

Ург подошёл, прижимая снятый пулемёт к боку. Его раненое плечо снова кровило, но это раздражало его меньше, чем тесная человеческая кабина.

— Маленько, — сказал он.

Скраг выбил прикладом боковое стекло.

— Теперь больше.

Ург всё равно не поместился. Тогда он оторвал дверь. В кабине было слишком много рычагов. Скраг знал, что люди любят делать лишние детали: лампочки, надписи, кнопки, которые ничего не взрывают. Он выбрал длинный рычаг с потёртой рукоятью и потянул. Снаружи натянулись цепи. Ург перестал выламывать перегородку за сиденьем и выглянул назад. Танк медленно поднялся над платформой, покачиваясь на стропах.

— Вот этот хороший, — сообщил он.

Скраг попробовал соседний рычаг. Стрела повернулась. Подвешенный корпус пошёл в сторону кабины, и орк поспешно вернул управление назад. В ворота ударил стаббер. Пули застучали по тягачу. Одна пробила край лобового стекла, другая ударила Урга в грудную пластину и оставила глубокую вмятину. Орк пригнулся, посмотрел на повреждение и зло выругался. Скраг снова повернул стрелу, уже осторожнее. Подвешенный танк оказался между кабиной и воротами. Пулемётный огонь гулко забарабанил по его борту.

Ург выглянул из-за края.

— Он нас прикрывает.

— Ага.

— Хоть и дохлый.

Скраг ухмыльнулся и начал искать управление гусеницами. Техножрец вышел из мастерской вместе с охраной. Скраг заметил красную фигуру сквозь оставшийся участок стекла. От её спины тянулись металлические конечности; одна держала инструмент, который орк немедленно захотел забрать. Затем техножрец поднял другую руку, и двигатель тягача затих. В кабине погасли несколько огней. Скраг ударил по панели. Безрезультатно. Ург потянулся к рукояти автомата, но красная фигура стояла слишком близко к стене, а солдаты уже расходились, заходя к тягачу с двух сторон. Техножрец что-то говорил через усилитель. Голос звучал сердито и размеренно, как у мека, обнаружившего, что кто-то трогал его инструменты. Скраг проследил взглядом от кабины к корпусу. Возле двигателя висел толстый кабель, уходивший к ремонтной стойке. Он ударил Урга по колену и показал. Тот посмотрел, кивнул и выпрыгнул наружу. Лазерный луч прошил ему бедро. Ург пошатнулся, схватился за борт и, вместо того чтобы упасть, яростно рванул кабель. Из стойки вылетела часть креплений. Посыпались искры. Скраг снова дёрнул пусковой рычаг.

Двигатель кашлянул и заработал. Техножрец повернулся к Ургу. Тот успел забраться обратно лишь наполовину, когда металлическая конечность ударила его по предплечью. Автомат упал на землю. Орк взревел, пнул противника в грудь и втянулся в кабину. Скраг толкнул управление вперёд. Тягач сорвался с места. Они не поехали к воротам. Там люди уже приготовились встречать машину. Скраг видел длинную трубу на плече солдата и не хотел выяснять, насколько хорошо подвешенный танк защищает от такого оружия. Он повернул в глубину двора. Ург держался за разорванное предплечье. Пальцы ниже раны свисали неправильно, а лицо стало тёмным от ярости. Он посмотрел назад, туда, где остался техножрец.

— Вернёмся.

— Ага, — сказал Скраг. — Сначала выедем.

Впереди стояли артиллерийские машины. Между ними оставался узкий проезд к дальнему навесу. Скраг направил тягач туда, но подвешенный корпус не вписался: край танка ударил в длинный ствол и потащил его в сторону. Тягач накренился. Скраг рванул рычаг крана. Стрела пошла обратно, цепи звякнули, а повреждённая артиллерийская машина с грохотом сдвинулась на бетонном основании. Ург расхохотался.

— Ещё!

— Держись!

Они ударили танком во вторую машину. На этот раз одна цепь оборвалась. Корпус резко повис наискось, ударил по стреле и потянул весь тягач набок. Скраг убрал газ. На несколько мгновений они остались неподвижны среди искр и дыма. Двигатель рычал. Где-то сзади люди кричали, меняя позиции. Ург выглянул и сразу пригнулся: пули выщербили край кабины возле его головы. Скраг посмотрел на цепи. Потом — на стену мастерской перед ними. Он поднял стрелу насколько мог, толкнул управление вперёд и направил висящий корпус прямо в кладку.

Танк вошёл в стену первым. Старая мастерская строилась для защиты от погоды, а не от нескольких десятков тонн железа. Кладка проломилась; балка под крышей треснула, на тягач посыпались листы металла. Скраг держал управление, пока гусеницы не взобрались на груду кирпича. С другой стороны находилась ещё одна стена. Ург увидел её и довольно оскалился.

— Теперь туда!

Тягач шёл медленно. Перегруженная стрела гнулась; один привод завыл и остановился. Подвешенный корпус уже волочился по полу, сминая станки. Скраг дал полный газ. Вторая стена рухнула наружу.

Они выехали из мастерской вместе с облаком пыли, обломками крыши и горящим кабелем, тянувшимся за кормой. Перед ними лежала дорога, а за ней — полоса открытой земли, изрытая воронками. Вдалеке грохотала драка. Ург высунул голову и издал протяжный торжествующий рёв. Скраг хотел стукнуть его, но передумал. Прятаться больше было бессмысленно. Он тоже заревел. Преследователь появился, когда они пересекали дорогу. Высокая двуногая машина шагнула из-за складов. Пилот уже развернул оружие; очередь ударила по тягачу, сорвав остатки крыши. Скраг пригнулся так низко, что перестал видеть дорогу.

Ург ухватил добытый пулемёт здоровой рукой.

— Патроны!

— Нету!

Орк посмотрел на оружие с неподдельной обидой. Следующий выстрел разбил часть подъёмного механизма. Стрела дёрнулась, корпус танка ударил в землю, и тягач резко замедлился. Скраг потянул рычаг — тот ходил свободно, ничего не меняя. Сзади грохотали шаги. Ург взглянул на единственную оставшуюся натянутую цепь. Затем поднял тесак и вылез из кабины. Скраг увидел, что он собирается сделать, и дёрнул управление вправо. Тягач пошёл боком. Висящий на цепи танк развернулся, врезался кормой в выбоину и начал тянуть их назад. Ург ударил по повреждённому креплению. Первый удар лишь высек искры. Второй расколол уже искривлённое звено. Цепь хлестнула по борту. Освободившийся корпус остался поперёк дороги прямо перед преследователем. Пилот попытался остановиться. Машина качнулась, одна нога ударила по наклонному борту танка, другая увязла в обломках. Она рухнула набок с таким грохотом, что Ург одобрительно поднял тесак. Скраг схватил его за ремень и втянул обратно. Теперь тягач шёл гораздо быстрее.

До канала они добрались на трёх исправных опорных катках с одной стороны и четырёх — с другой. Двигатель дымил. Стрела волочилась за кормой, прорезая в земле длинную борозду. Ург лежал поперёк бывшего сиденья, придерживая повреждённую руку коленом. Пулемёт он не выпускал. Мост всё ещё лежал в воде. Возле него продолжался бой. Скраг увидел бойзов на противоположном берегу. Те обернулись на шум двигателя, затем начали палить. Пули застучали по кабине.

— Свои, — сказал Ург.

— Вижу.

Скраг высунулся наружу и заревел, размахивая кепкой. Это не помогло. Ург попробовал громче. Тоже без результата. Тогда Скраг снял с пояса пластину с красной пастью. Пробоина от человеческой пули проходила прямо через зубы, но знак всё ещё был узнаваем. Он поднял пластину над головой и держал, пока очередная пуля не ударила в край.

На другом берегу появился Гарбак. Ноб посмотрел на тягач, на двух орков в кабине, на раскуроченный кран и наконец ударил ближайшего стрелка по голове. Стрельба прекратилась. Скраг направил машину к месту, где обломки моста образовали пологий спуск. Передние гусеницы вошли в воду, задние ещё стояли на берегу. Тягач наклонился.

Ург посмотрел на Скрага.

— Опять прыгать?

— Ага.

На этот раз удар головой не понадобился.

После

Из канала они вышли в третий раз за день. Ург нёс пулемёт над головой; Скраг тащил его за ремень, потому что простреленная нога начала подводить. Гарбак встретил их у завала.

— Где остальные?

Скраг указал назад. Потом на мост. Гарбак посмотрел туда, некоторое время обдумывал увиденное и решил не задавать лишних вопросов.

— А железо?

Орки обернулись. Тягач наполовину ушёл под воду, но двигатель ещё работал. Из выхлопа поднимались пузыри. Стрела торчала над каналом, а на корме сохранились ящики с инструментами. Гарбак довольно хрюкнул и приказал бойзам искать цепи. К вечеру машину вытащили. Мек осмотрел её, обнаружил, что значительная часть важных деталей отсутствует, и объявил находку почти исправной. Через несколько дней она уже таскала орочьи пушки. Волочившуюся стрелу укоротили, снабдили крюками и использовали для вещей, которые прежде приходилось двигать десятком бойзов.

Ургу док отрезал повреждённую кисть. Взамен ему поставили тяжёлую клешню, которая поначалу сжималась сама по себе и дважды испортила ему ужин. Позже он привык. Добытый пулемёт мек переделал под доступные патроны, после чего Ург стал считать всю вылазку особенно удачной. Он любил рассказывать, как победил шагающую машину, и обычно забывал упомянуть, что сделал это танком.

Скраг получил от Гарбaка удар в челюсть за то, что слишком долго отсутствовал, и нескольких новых коммандос под командование — за то, что вернулся с полезным железом. Первым делом он заставил их учиться молчать. Затем объяснил, что прятаться нужно там, где враг ищет меньше всего.

На вопрос, почему он теперь запрещает залезать в сломанные танки, Скраг отвечал:

— Сначала глянь, куда их повезут.

После той вылазки бойзы называли их Доставщиками. Скраг делал вид, что ему всё равно. Ург требовал, чтобы прозвище кричали погромче. На имперской ремонтной станции считали иначе. В рапорте говорилось о проникновении орочьей диверсионной группы: повреждённых машинах, разрушенной мастерской и похищенном эвакуационном тягаче. Численность противника установить не удалось. Скрагу понравился бы этот рапорт.

Особенно последнее.